string(54) "https://militaryarms.ru/wp-content/themes/MilitaryArms"
Приднестровский Конфликт: Причины и История Возникновения, Обострение Ситуации, Ход Боевых Действий, Вмешательство России, Перспективы Урегулирования

Приднестровский конфликт: причины и история возникновения, обострение ситуации, ход боевых действий, вмешательство России, перспективы урегулирования

Приднестровье на карте

Широко известное утверждение Гегеля о том, что вошедшая в историю трагедия во второй раз повторяется в виде фарса, подтверждается далеко не всегда. В некоторых случаях во второй раз масштабы трагедии увеличиваются. Одним из подобных примеров стал вооруженный конфликт 1992 года в Приднестровье, который сегодня выглядит словно бы уменьшенной моделью, «черновиком» бойни, развернувшейся в 2014-15 годах на востоке Украины. Острые споры по языковому вопросу, националистическое безумие, охватившее множество людей, «творческая интеллигенция», призывающая к насилию и геноциду, русские, воюющие против русских, сомнительные личности по обе стороны фронта, и даже личное участие в боях Игоря Стрелкова-Гиркина – всё это странно совпадает. К сожалению, общим является и то, что перспективы урегулирования обоих конфликтов остаются туманными.

Историческая справка

Вплоть до падения самодержавия большая часть территории, которую сегодня называют Приднестровьем, входила в состав огромной Херсонской губернии. Наиболее заметным исключением являлся город Бендеры – поскольку он находится не на левом, а на правом берегу Днестра, в соседней Бессарабской губернии.

Во время Гражданской войны, охватившей практически всю территорию Российской империи, в Бессарабии возникла Молдавская демократическая республика, в 1919 году аннексированная Румынией. В том же году была провозглашена Украинская Советская Социалистическая республика, внутреннее административное устройство которой несколько изменилось по сравнению с дореволюционным временем. В частности, возникла Одесская губерния, а в 1924 году внутри нее была создана Молдавская АССР, столицей которой стал Тирасполь – город-крепость, основанный величайшим русским полководцем А.В. Суворовым.

Памятник А.В. Суворову в Тирасполе

Новая автономия занимала практически всю нынешнюю территорию ПМР, за исключением всё того же города Бендеры. Впрочем, советские руководители с самого начала заявляли, что аннексиию Бессарабии они не признают, а потому формально в состав МАССР входили и все территории на правом берегу Днестра, вплоть до современной румынской границы.

Формальные границы МАССР удалось сделать фактическими только в 1940 году. К тому времени Советский Союз резко усилился, противостоять ему самостоятельно Румыния уже не могла. Единственная возможная союзница и «защитница», — гитлеровская Германия — подписала с СССР пакт о ненападении, и это означало лишь одно: Бессарабию придется вернуть. Правда, после 22 июня 1941 года Румыния попыталась взять реванш, но это, как известно, закончилось её полным разгромом и вынужденным изменением государственного строя.

Присоединение Бессарабии позволило превратить автономную республику в союзную, выведя её при этом из состава УССР. Так возникла Молдавская ССР, превратившаяся после распада Советского Союза в нынешнюю Молдову.

Следует отметить, что в предвоенные годы большинство жителей МАССР по национальности являлись украинцами. «Молдавской» эту республику назвали только из-за того, что формально она занимала и территорию бывшего Молдавского княжества, ставшего в XIX веке Бессарабской губернией. Такое название позволяло «давить» на Румынию, добиваясь возвращения земель, отторгнутых в 1919 году.

В послевоенные годы национальный состав жителей нынешней ПМР также изменялся, но в любом случае эти люди были практически не затронуты пресловутым молдавским национализмом, неожиданно возникшим, казалось бы, буквально из ничего во второй половине 80-х годов прошлого века.

Вступление Красной Армии в освобожденный от фашистов Кишинев – столицу Молдавской ССР, 1944 год.

Возникновение и развитие конфликта

Несмотря на то, что «перестройка», инициированная пришедшим к власти в 1985 году М.С. Горбачевым, исходя уже из самого своего названия, должна была привести к улучшению и модернизации социалистического строя, на практике она сделала возможным возникновение целого ряда сугубо «буржуазных» проявлений. Наиболее вредоносным и губительным из них, безусловно, являлся национализм. Он распространился, как пожар, охватив все союзные республики и быстро приняв радикальные формы.

Любой национализм внутренне противоречив и чаще всего нелеп, однако в Молдавской ССР эта идеология стала наиболее абсурдной. Её адепты прежде всего объявили, что никакой Молдавии и молдаван вообще не существует, а есть Румыния, к которой и нужно присоединиться как можно скорее. Разумеется, сама эта идеология возникла не на пустом месте – достаточно сказать, что Мирча Друк, первый премьер-министр образовавшейся после распада СССР независимой Молдовы, в начале 70-х годов был исключен из КПСС из-за своих националистических убеждений.

Непосредственным инициатором этнического конфликта стала молдавская «творческая интеллигенция». Осенью 1988 года шестьдесят шесть писателей и поэтов выступили с коллективными требованиями следующего содержания:

  1. Сделать на всей территории республики единственным государственным языком молдавский.
  2. Ввести латинскую письменность для молдавского языка.
  3. Объявить о тождественности языков Румынии и Молдавии.

Примечательно, что традиционная молдавская письменность была кириллической, а «латинизировали» её лишь в период румынской аннексии с 1919 по 1940 годы, а затем во время немецко-румынской оккупации.

Молдавская поэтесса Леонида Лари (Любовь Ивановна Йорга). Призывала «сжигать русских детей» и «мыть улицы русской кровью». Демонстрируемый знак V бойцы молдавского ОПОНа впоследствии будут вырезать ножами на телах пленных.

После опубликования письма в Кишиневе и других городах были организованы демонстрации и шествия, участники которых выступили с еще более откровенными требованиями, призывая к объединению с Румынией, изгнанию «русских» (под ними в действительности понимались все «не молдаване») и выходу из состава СССР.

В дальнейшем «писатели и поэты Молдовы» продолжили курс на обострение, предложив проект закона, в котором предусматривалась уголовная ответственность за использование в государственных учреждениях какого-либо языка, кроме молдавского. Кроме того, предлагалось также ввести обязательное обучение детей на едином государственном языке вне зависимости от желания родителей.

Верховный Совет Молдавской ССР оказался более осторожным. В законе, который приняли в сентябре 1989 года, давались гарантии на использование языков «национальных меньшинств», а русскому даже обеспечивались некоторые преференции и особый статус «языка межнационального общения». Тем не менее первоначальные требования националистов фактически были выполнены – молдавский язык с латинской письменностью признали единственным государственным.

Против наступления «унионистов» (т.е. сторонников объединения с Румынией на почве радикального национализма) выступали прежде всего депутаты Верховного Совета, избранные в Тирасполе, Бендерах, Дубоссарах и других городах будущей ПМР. Они неизменно оставались в меньшинстве, хотя даже в Кишиневе далеко не все были в восторге от идеи введения «латинской графики». Между тем в первой половине 1989 года разрозненные прежде националистические движения объединились, сформировав «Народный фронт». Организации подобного рода в то время создавались во многих союзных республиках, это был «общий тренд».

Создатели и активисты «Народного фронта». Вновь демонстрируется знакомый жест, позаимствованный у румынской фашистской организации «Железная гвардия».

Противники «молдавизации» также начали формировать единую структуру – и вот это уже нельзя назвать обычным явлением. Возникший в Тирасполе в августе 1989 года Объединенный Совет трудовых коллективов (ОСТК) стал той силой, которая могла противостоять агрессивным и всё более наглым националистам не только на уровне деклараций, но и в сфере практических действий. Ничего подобного в других частях СССР не было – к примеру, в Армении и Азербайджане «народные фронты» не встречали никакого внутреннего противодействия, им вяло сопротивлялись лишь представители быстро слабеющей советской власти.

Первой заметной акцией ОСТК стала политическая забастовка, объявленная в связи с началом обсуждения «закона о языке». К этой акции присоединилось более ста тысяч работников различных предприятий, причем не только приднестровских, но и расположенных за пределами нынешней ПМР, в том числе и в Кишиневе.

Массовая забастовка не привела к срыву или «замораживанию» дискриминационного закона, однако благодаря этому мероприятию русскоязычные жители Молдавской ССР впервые осознали свое единство. Лидеры и активисты ОСТК набрали «политический вес», образовав большинство в городских и районных советах Приднестровья . Кроме того, было выдвинуто предложение о формировании «русскоязычной» автономии и организации референдума по этому вопросу.

Первые плебисциты подобного рода удалось провести в Рыбнице, а затем и в Тирасполе. Как и следовало ожидать, подавляющее большинство (свыше 90%) участников этих референдумов высказалось за автономию. Тем временем состав Верховного Совета Молдавской ССР также обновился, туда попали радикальные националисты, и уже весной 1990 года «парламентская деятельность» стала всё чаще выливаться в самые настоящие драки. Нападали на депутатов от Приднестровья и во время проведения уличных акций – за пределами здания Верховного Совета орудовали многочисленные бойцы «народного фронта».

Одна из демонстраций, направленных против «языкового закона».

В это время агрессивные националисты уже чувствовали себя полновластными хозяевами республики. В Кишиневе небольшие отряды «народного фронта» проводили уличное патрулирование и особые «рейды», основной целью которых было избиение людей, разговаривавших на русском языке. Поиски жертв вели также в магазинах и в салонах автобусов. Вскоре эта деятельность привела к первой трагедии – 17 мая 1990 года группой «народнофронтовцев» был зверски убит Дмитрий Матюшин, семнадцатилетний юноша, вся «вина» которого состояла в том, что он беседовал со своей девушкой на русском языке. Обсуждали они всего лишь недавно состоявшийся концерт группы «Модерн Токинг», но это нисколько не смутило нападавших. По всей видимости, Матюшин сумел отвлечь всё внимание бандитов на себя, что и позволило девушке скрыться.

Похороны первой жертвы Приднестровского конфликта стали поводом для новых нападений националистов. Боевики «Народного фронта» встретили траурную процессию с лозунгами «Убирайтесь в свою Сибирь», а затем принялись избивать людей арматурой и дубинками. Нападениям подверглись также депутаты Верховного Совета МССР, избранные от Приднестровья. В результате они приняли решение покинуть Кишинев.

За несколько дней до похорон Матюшина националисты попытались провести массовую акцию в городе Бендеры, доставив туда на автобусах около трёх тысяч человек. Это мероприятие было сорвано благодаря вмешательству отрядов самообороны, основу которых составили сторонники ОСТК, рабочие местных предприятий. Таким образом, противостояние становилось всё более принципиальным и острым.

Одно из бастовавших предприятий города Рыбница.

«Война законов» и первые вооруженные столкновения

В июне 1990 года молдавский парламент, который тогда возглавлял своевременно «перекрасившийся» в националистические цвета секретарь ЦК Коммунистической партии МССР Мирча Снегур, «отменил» пакт о ненападении между СССР и Германией. Это крайне нелепое, доходящее до идиотизма решение было принято с единственной целью – объявить незаконным само создание Молдавской ССР. Вскоре депутаты назвали собственную страну оккупированной территорией Румынии.

Разумеется, при этом националисты «забыли» о том, что делегитимизация советской Молдавии автоматически приводит к отделению всех территорий на левом берегу Днестра – ведь они до 1940 года входили в состав Украинской ССР. Об этом обстоятельстве в июле 1990 года прямо заявили депутаты городского совета Тирасполя. Кроме того, в Приднестровье состоялось еще несколько референдумов по «языковому вопросу».

«Война законов», развернувшаяся в Молдавской ССР, фактически была «уменьшенной копией» аналогичного процесса, запущенного в Советском Союзе сразу же после принятия декларации о независимости России в июне 1990 года. Следуя этому примеру, участники второго съезда народных депутатов Приднестровья 2 сентября 1990 года объявили о создании Приднестровской Молдавской республики. При этом ПМР сразу же попала в крайне тяжелое положение – ее никто не поддерживал, руководители СССР, не осознавая всей опасности ситуации и приближающегося коллапса, попросту настаивали на сохранении status quo, что не отвечало требованиям момента.

В этих условиях националистическое руководство Молдавии решило использовать «язык силы», направив в Приднестровье вооруженных сотрудников МВД без согласования этих действий с местными властями.

Акция в Дубоссарах, проведенная в память о погибших 2 ноября 1990 года.

Результатом этого решения стала первый случай применения огнестрельного оружия в ходе конфликта. 2 ноября 1990 года сотрудники ОМОН (впоследствии переименован в ОПОН) Кишинева попытались войти в Дубоссары, пройдя по мосту через Днестр. Путь им преградили невооруженные местные жители, по которым был открыт огонь из автоматов.

Гибель трех мирных людей и ранения еще шестнадцати человек, судя по всему, напугали молдавское руководство – ОМОН отозвали, однако в тот же самый день отряды националистов, двигаясь на автобусах и машинах, попытались проникнуть в Бендеры. В городе были быстро организованы отряды самообороны, что привело к срыву уже намечавшегося штурма. Таким образом, настоящей войны в этот период развития конфликта всё же удалось избежать.

Борьба за Дубоссары и создание вооруженных сил Приднестровья

Первые восемь месяцев 1991 года прошли сравнительно мирно, новых крупномасштабных столкновений не было. В феврале в ПМР был создан Территориальный спасательный отряд (ТСО) – первое вооруженное формирование Приднестровья. В него вошли участники сформированных еще ранее рабочих отрядов содействия милиции. Количество огнестрельного оружия в ТСО было невелико – один автомат на четыре человека.

В августе 1991 года руководство ПМР совершило ошибку, выступив в поддержку печально известного ГКЧП. Это дало «молдавской стороне» долгожданный повод для разгрома «сепаратистов». Сотрудники полиции города Дубоссары, которые всё ещё подчинялись Кишинёву, выполняя полученные от МВД приказы, приступили к арестам приднестровских депутатов. Но внутреннего единства в рядах правоохранительных структур не было: часть сотрудников склонялась к тому, чтобы встать на сторону ПМР.

Возложение цветов к мемориальной доске, установленной в память о майоре Игоре Сипченко.

Раскол окончательно оформился 25 сентября, когда майор И. Сипченко объявил о создании Дубоссарского ГОВД, находящегося в подчинении ПМССР (первоначальное название ПМР). К Сипченко присоединилось не менее трети личного состава прежнего городского РОВД. Противостояли им полицейские, присланные «на усиление» из других районов Молдавии, а также бойцы ОПОНа, тайно вошедшие в город накануне ночью.

Власти в Кишиневе, вероятно, планировали задержание и арест всех депутатов городского совета Дубоссар, но сделать этого не удалось. 27 сентября примеру Сипченко последовали полицейские города Григориополь, что вынудило часть ОПОНа вернуться на правую сторону Днестра. В начале следующего месяца все прибывшие «на усиление» «правоохранители» были окончательно изгнаны из Дубоссар, однако обычные сотрудники молдавской полиции всё же оставались в городе.

Тем временем в Приднестровье началось формирование частей Республиканской гвардии. Первоначально она состояла из трёх батальонов – 1-го Тираспольского, 2-го Бендерского и 3-го Рыбницкого. В Дубоссарах была создана отдельная гвардейская рота, в дальнейшем также преобразованная в батальон. Наибольшую известность впоследствии получил 2-й Бендерский батальон, что во многом связано с личностью его командира, подполковника Ю.А. Костенко, ранее проходившего службу в составе контингента советских войск в Афганистане. Согласно неофициальным сведениям, этот человек, наряду с тремя «обычными» гвардейскими ротами, входившими в его отряд, набрал еще и четвертую, причем в её ряды охотно принимали бывших уголовников. В результате вскоре появились многочисленные сообщения о грабежах и бандитских налетах, совершаемых бойцами 2-го Бендерского батальона.

Группа бойцов 2-го Бендерского батальона Республиканской гвардии ПМР.

Еще одной значительной силой, сыгравшей огромную роль в вооруженном конфликте, стало Черноморское казачье войско. О его «восстановлении» сообщили в декабре 1991 года, незадолго до распада СССР. К этому времени многочисленные казаки появились и в России, причем отношение к ним было и остается по сей день крайне неоднозначным.

В первый раз о казаках заговорили 13 декабря, когда отряд ОПОНа открыл огонь по пассажирскому автобусу, ехавшему из Дубоссар в Кишинев. «Правоохранители» полагали, что они стреляют по казакам. К счастью, при этом никто не погиб, но водитель автобуса получил тяжелое ранение.

Начало широкомасштабных боевых действий

В российских средствах массовой информации «заметили» войну в Приднестровье лишь в июне 1992 года, когда вспыхнуло сражение за Бендеры. В действительности же основные события начались значительно раньше, еще в марте, и происходили они поначалу опять в Дубоссарах. Первой трагедией стало убийство майора Сипченко, создателя Приднестровской милиции. Он попал в хорошо подготовленную засаду, выехав на ложный вызов. И хотя молдавская полиция отрицала свою причастность к этому преступлению, жители города не сомневались в том, кто был организатором расправы.

Вскоре оставшихся в Дубоссарах молдавских полицейских заставили перейти в подчинение ПМР или же покинуть пределы самопровозглашенной республики. В ответ Кишинев вновь направил в город ОПОН, а затем и отряды «добровольцев» — головорезов и убийц, набранных в правобережных селах, или прибывших из Румынии.

В ночь на 14 марта 1992 года пост Республиканской гвардии на трассе, соединяющей Рыбницу и Дубоссары, подвергся нападению ОПОНа. Четыре человека были убиты в перестрелке, а остальные попали в плен, после чего подверглись истязаниям и пыткам, в результате которых погибли. Изуродованные тела удалось дойти далеко не сразу.

Приднестровский боец на посту возле взорванного моста. Снимок сделан предположительно в апреле 1992 года.

15 марта власти Молдовы предложили гвардейцам ПМР добровольно сдаться. Не получив никакого ответа, через несколько дней ОПОН и «добровольцы» ворвались в микрорайон Коржево, на окраину Дубоссар, где «восстанавливая конституционный порядок», продолжили череду военных преступлений. В частности, они совершали изнасилования несовершеннолетних (включая девочек 10-14 лет) с их последующим убийством. Уничтожались целые семьи, а иногда стрельба открывалась по мирным жителям просто за бранное слово или проклятие.

Основной причиной нападения на Коржево являлась находящаяся в этом микрорайоне плотина Дубоссарской ГЭС. По ней подразделения уже сформированной молдавской армии и ОПОН могли бы перебрасывать на левый берег Днестра подкрепления и боевую технику.

В апреле гвардейцам ПМР, действовавшим совместно с казаками, удалось вытеснить молдавские отряды из Коржево в сторону села Кочиеры. Этот населенный пункт был занят ОПОНом еще в марте. Находившаяся в Кочиерах еще до распада СССР воинская часть 14-й российской армии подверглась нападению молдавских боевиков. Они взяли в заложники семьи военнослужащих и потребовали передать ОПОНу всё имеющееся в арсеналах оружие. В результате армия Молдовы «разбогатела» на несколько десятков минометов, полторы сотни безоткатных орудий, 54 установки ПТУРС и не менее пятидесяти пулеметов. Этот откровенный акт бандитизма не помешал маршалу Шапошникову приблизительно в это же время передать властям Молдовы еще и боевую авиацию.

На какое-то время в боевых действиях возникла пауза, чему отчасти способствовал начавшийся весенний разлив Днестра. В то же время артиллерийские обстрелы Дубоссар и окружающих населенных пунктов продолжались. Их жертвами чаще всего становились обычные мирные граждане.

Бойцы молдавских вооруженных сил на правом берегу Днестра.

В середине мая молдавские вооруженные отряды снова попытались захватить Дубоссары. Но после того, как в течение приблизительно трех дней ожесточенных боёв и яростных обстрелов жилых кварталов города никакого успеха достигнуто не было, активность в этом районе нескольку снизилась.

Неспокойно было и в Бендерах. В частности, 1 апреля 1992 года в этот город въехали два молдавских бронетранспортера, обстрелявшие из пулеметов пассажирский автобус, в котором ехали рабочие одной из фабрик, и грузовик, принадлежавший Республиканской гвардии. Погибло семь человек. Тем не менее, 12 апреля в этом городе удалось заключить соглашение о прекращении огня. Посредником в ходе переговоров выступала Россия, а следить за выполнением перемирия должны были наблюдатели из разных стран (в том числе из Румынии).

В дальнейшем, уже в июне, парламент Молдовы утвердил договор об основных принципах мирного урегулирования конфликта. К сожалению, произошло это всего за два дня до начала наиболее масштабного военного столкновения.

Сражение за Бендеры

19 июня в Бендерах произошел инцидент, многие детали которого и сегодня остаются не до конца выясненными. В этом городе, как и ранее в Дубоссарах, продолжала работать полиция, подчинявшаяся Кишиневу. По официальной версии молдавских властей, инициатором новой вспышки вооруженного конфликта стал командир 2-го батальона Приднестровской гвардии Костенко. Утверждается, в частности, что он отправил четверых своих подчиненных, из которых двое были вооружены автоматами, в городскую типографию. Она находилась по соседству со зданием полиции, куда в это же время якобы поступило сообщение о скором прибытии вооруженных террористов.

Пожар склада ГСМ, возникший почти сразу после входа молдавских пехотных батальонов в Бендеры 19 июня 1992 года.

По официальной молдавской версии, это сообщение было направлено самим же Костенко с единственной целью спровоцировать перестрелку между «правоохранителями» и гвардейцами, что ему и удалось. А поскольку бой вспыхнул прямо у здания полиции, то её начальник и запросил по телефону армейское подкрепление, что, в свою очередь, привело к развязыванию настоящей войны.

В дальнейшем руководство ПМР выдвинуло целый ряд обвинений против Костенко, а затем он был убит при попытке задержания. Обстоятельства смерти этого человека выглядят крайне подозрительно, однако сваливать на него вину за развязывание сражения за Бендеры было бы опрометчиво. В частности, сравнительно недавно в газете «Московский комсомолец» было опубликовано интервью Бориса Муравского, который в 1992 году занимал пост заместителя министра внутренних дел Молдовы. Как следует из его слов, 15 или 16 июня в парламентской комиссии Молдовы по вопросам безопасности состоялось совещание, в ходе которого обсуждалась предстоящая операция в Бендерах.

Другими словами, решение о начале очередного раунда крупномасштабных боевых действий было принято за три дня до инцидента близ здания комиссариата полиции. Причинами для такого шага могли быть:

  1. Намерение полностью уничтожить ПМР с выходом вооруженных сил на границу с Украиной (на это указывает, в частности, последующая очередная активизация под Дубоссарами).
  2. Намерение «выровнять границу» путем отсекания от ПМР её правобережной части. После этого разрешение вопроса о возможном воссоединении с Румынией выглядело бы более простым – речь шла бы о простом восстановлении границ 1940 года.
  3. Намерение получить более выгодную «договорную позицию» перед заключением окончательного мирного соглашения.
Борис Ельцин и Мирча Снегур. Снимок сделан в 1995 году.

Имеются также сведения о том, что «добро» на начало операции в Бендерах дал Снегуру Борис Ельцин, сказав при этом, что у Молдовы есть три дня на «наведение порядка». В случае выхода за рамки этого срока российский президент якобы посулил своему молдавскому «коллеге» крупные неприятности.

Так или иначе, в город были направлены значительные военные силы – три пехотных батальона и полицейская бригада. Их первоначальной целью было уничтожение или разоружение Республиканской гвардии и казачьих подразделений, а также захват моста через Днестр с целью отсечения Бендер от левобережной части ПМР.

Первые колонны бронетехники начали стягиваться на городские окраины вечером 19 июня. К девяти часам вечера молдавские МТЛБ прорвались через построенные ранее баррикады и сумели подобраться вплотную к зданию горисполкома, где началась яростная перестрелка. К наступающим постоянно приходило подкрепление, в то время как основные силы ПМР оставались на левом берегу Днестра. Фактически в городе находилось незначительное количество казаков и бойцы 2-го Бендерского батальона Республиканской гвардии. В помощь им ночью прибыли лишь незначительные силы из села Парканы.

На следующее утро батальон молдавской армии заблокировал мост. Командовал этим подразделением полковник Леонид Карасёв. Еще за несколько месяцев до этих событий он служил в 14-й армии в должности командира 86-й мотострелковой дивизии. Поскольку СССР в 1992 году уже не существовал, формально обвинить этого человека в нарушении присяги нельзя, однако фактически его самовольный переход на сторону Молдовы представляет собой самое настоящее предательство.

Леонид Карасев в 10-е годы XXI века и в 90-е XX-го. В армии Молдавии он дослужился до генеральского звания.

Именно Карасев своими действиями сорвал первую попытку прорыва в Бендеры по мосту небольшого танкового отряда из четырех Т-64БВ. Огнем из пушек «Рапира» два из них были уничтожены, а еще один получил повреждения. В самих Бендерах в это время развернулись ожесточенные уличные бои. Параллельно осуществлялся интенсивный, но крайне неточный артобстрел левого берега Днестра.

Сами танки, а также самоходную установку «Шилка» Республиканская гвардия получила от 14-й армии. Формально это нарушало её нейтралитет, что и дало повод руководству Молдовы заявить о «российской агрессии». Но на самом деле командующий 14-й армией генерал Ю. Неткачев занимал половинчатую позицию. С одной стороны, он активно контактировал с молдавской стороной, что впоследствии даже дало повод для обвинений в шпионаже. С другой – генерал никак не мешал действиям своих подчиненных, которые после 19 июня массово начали писать рапорта на увольнение, а уходя – прихватывать с собой оружие и боевую технику.

Вечером 21 июня состоялась повторная танковая атака позиций, занятых молдавской армией. К тому времени эти войска израсходовали значительную часть своих боеприпасов, а многие солдаты, не желая погибать, просто разбежались. В итоге мост фактически оборонялся небольшим «офицерским отрядом» во главе с Л. Карасевым. Пытаясь отбить вторую атаку, он получил тяжелое ранение и надолго выбыл из строя. Приднестровские Т-64БВ прорвались в Бендеры, что обозначало провал молдавской операции.

Тем не менее последующие бои протекали тяжело. ОПОН и молдавская полиция держали прочную оборону в зданиях, несмотря даже на то, что основная часть группировки была уже вытеснена из Бендер. К тому же боевая техника ПМР вскоре «закончилась» — не из-за боевых потерь, а вследствие поломок.

Один из грузовиков, доставлявших бойцов Республиканской гвардии на передовую. Надпись соответствует уровню ожесточения конфликта.

В ночь на 23 июня 1992 года молдавская сторона предприняла попытку разрушить мост через Днестр. Для этого были использованы истребители МиГ-29 с бомбами ФАБ-250 на борту. Как и следовало ожидать, в цель они не попали. Мост не получил никаких повреждений, а бомбы упали на близлежащее село, в результате чего могли снова пострадать мирные люди, но по счастливой случайности никто не погиб.

Прекращение вооруженной фазы конфликта

Отступив из Бендер, молдавская армия планировала в ближайшем будущем взять реванш. 29 июня артиллерийский обстрел города был возобновлен, планировался новый штурм. Все эти планы сорвала смена командования 14-й армии. Начиная с 23 июня, этим соединением фактически стал управлять Александр Лебедь, прибывший под именем «полковника Гусева». 27 июня он официально вступил в должность командующего армией. Спустя три дня, выполняя распоряжение генерала, минометы 183-го мотострелкового полка нанесли демонстративный удар по артиллерийским подразделениям молдавской армии, сосредоточенным на правом берегу Днестра близ села Кицканы.

В результате уже планировавшееся наступление, целью которого являлась столица ПМР, город Тирасполь, было сорвано. Поскольку обстрелы Бендер продолжались, Лебедь принял решение устроить еще более масштабную «демонстрацию силы». В ночь на 3-июля по его приказу шесть батарей минометов и восемь дивизионов артиллерии осуществили интенсивный обстрел складов, командных пунктов и мест расположений молдавских вооруженных сил. Моральное воздействие этого удара оказалось во всех отношениях потрясающим – молдавские солдаты были запуганы, многие из них поспешили дезертировать, а политики в Кишиневе убедились в том, что их истерические воззвания к «мировому сообществу» ничем им не помогут.

Генерал Александр Лебедь в Приднестровье.

В итоге уже 4-го июля Молдова обратилась к России с просьбой о перемирии. Вскоре начались мирные переговоры, по итогам которых спустя две с половиной недели в Москве было подписано соглашение об урегулировании конфликта. Суть его состояла в разведении сторон и вводе в регион специально созданных миротворческих сил.

Последствия конфликта

В результате активной фазы боев погибло более тысячи человек с обеих сторон, свыше четырех с половиной тысяч было ранено. Эти данные, скорее всего, занижены, поскольку подсчитать общее количество людей, которые воевали в молдавских и приднестровских подразделениях, практически невозможно. Прибытие в регион многочисленных добровольцев из России, Украины, Румынии и других стран в значительной мере усложнило ситуацию.

Прекращение боевых действий не привело к исчезновению причин конфликта. Несмотря на то, что Приднестровская Молдовская республика до сих пор не получила международного признания, она продолжает контролировать значительную часть территории Молдовы, включая город Бендеры, находящийся на правом берегу Днестра. В то же время вернуть себе часть Дубоссарского района, потерянную еще в марте 1992 года, ПМР так и не удалось.

Дальнейшее урегулирование

Поскольку «замороженный» статус Приднестровского конфликта никогда не устраивал ни одну из его сторон, на протяжении последних 28 лет неоднократно предпринимались попытки каким-то образом решить эту проблему. Первоначально в них активно участвовал Александр Лебедь, однако со временем его начали подозревать в том же, в чем раньше обвиняли Неткачева – многие представители ПМР считали, что командующий 14-й армии прямо потакает Молдове.

Боец российских Миротворческих сил в Приднестровье, 1992 год.

В дальнейшем Лебедь занялся политикой, стал кандидатом в президенты России, а затем и соавтором позорного Хасавюртовского соглашения. Всё это окончательно подорвало его авторитет «миротворца». Последующие попытки урегулирования Приднестровского конфликта предпринимались уже после ухода в отставку Б.Н. Ельцина. В частности, рассматривался «план Козака», предполагавший «федерализацию» Молдовы. Всё это ни к чему не привело.

Между тем срок российской миротворческой миссии истёк. Пользуясь этим, власти Молдовы периодически выдвигают требования о «выводе иностранных войск». К сожалению, рассчитывать на то, что после выполнения этого требования не последует жестокая расправа с ПМР, не приходится. Националистические настроения в Молдове никуда не исчезли, а к власти недавно пришла Майя Санду, гражданка Румынии, вполне разделяющая идею об «объединении двух румынских держав». Учитывая то, что соседняя Украина превратилась, начиная с 2014 года, в настоящую «анти-Россию», в обозримом будущем какого-либо улучшения обстановки, к сожалению, не предвидится. Более того, Приднестровье может стать местом нового вооруженного конфликта, прямое участие в котором примут вооруженные силы Украины, или же «добровольцы», уже получившие боевой опыт в ходе войны на Донбассе.

Если у вас возникли вопросы - оставляйте их в комментариях под статьей. Мы или наши посетители с радостью ответим на них
string(54) "https://militaryarms.ru/wp-content/themes/MilitaryArms"